Паллиативные операции типа декомпрессионно-стабилизирующей ламинэктомии или заднего спондилодеза без устранения деформации позвоночника.
В настоящее время достоверно установлено, что при нестабильных повреждениях позвоночника одной ламинэктомии для декомпрессии спинного мозга совершенно недостаточно. Больше того, с течением времени прежняя деформация позвоночника усугубляется с прогрессированием неврологических расстройств (М.С. Горбачев, 1965; 3.В. Базилевская, 1966; Е.И. Бабиченко, 1971; С.С. Ткаченко, 1974; Р.И. Карих, 1974; Rogers, 1957; Cleveland, 1962).
Я.Л. Цивьян (1971) и его сотрудники экспериментально и клинически доказали, что ламинэктомия нормального, не поврежденного, позвоночника нередко ведет к серьезным ортопедическим последствиям, вызывая нарушение статики и динамики позвоночника, развитие кифоза, различных смещений позвонков. Клинические наблюдения показали, что после ламинэктомии развиваются деформации, нестабильность, ограниченная подвижность позвоночника, подвывихи и вывихи шейных позвонков, возникает болевой синдром. После ламинэктомии наступает перегрузка вентральных и боковых структур, приводящая к грубым изменениям дисков и снижающая их механическую прочность. Все перечисленные изменения еще больше выражены, когда ламинэктомии подвергается позвоночник после нестабильных повреждений - вывихов позвоночника.
Особенно неблагоприятное действие, способствующее увеличению степени деформации в позднем периоде, оказывает так называемая широкая декомпрессивная ламинэктомия, которая до сих пор рекомендуется некоторыми авторами, а показания к ее проведению необоснованно расширяются.
Операция задней фиксации без ликвидации деформации позвоночника также не устраняет патологических условий, на фоне которых развиваются тягостные поздние хронически протекающие осложнения, а в некоторых случаях способствует их развитию. Доказательством может служить следующее наблюдение.
Больной Н., 23 лет, вывих С3 позвонка получил при падении во время спортивных занятий на перекладине. Сразу после травмы появилась слабость в руках и ногах. В военном госпитале, в связи с выраженной деформацией позвоночника и неврологическими нарушениями (тетрапарезом), провели декомпрессивную ламинэктомию с ревизией спинного мозга. Повреждения мозгового вещества выявлено не было. Спустя месяц неврологические явления регрессировали и активные движения в руках и ногах восстановились, исчезли расстройства функции тазовых органов. Через год после травмы больной находился на лечении в санатории, где была выявлена следующая клиническая картина. Больного беспокоили периодические боли в шее, иррадиирующие в надплечье и затылок, и ограничение движений шеи, особенно при поворотах головы в стороны (поворот головы на 20-30°). В левой кисти периодически возникали онемение и некоторое ослабление мышечной силы. При крайнем повороте головы боли в затылке усиливались, иррадиировали в левое надплечье. На спондилограммах (рисунок выше «Спондилограмма больного Н.») обнаружены: угловая деформация позвоночника в области вывиха, отсутствие дужек С3, C4 позвонков после ламинэктомии и признаки выраженного остеохондроза в области дисков III, IV и V позвонков.
Таким образом, несмотря на регресс первичных неврологических нарушений в остром периоде после ламинэктомии, уже через год возникли первые симптомы развития посттравматического осложнения в виде остеохондроза с новыми неврологическими расстройствами.
